На лошадь я, кряхтя, взобрался.
Ну никакой с меня жокей!
И с места я в галоп сорвался!
Машу нагайкой: "Э-ге-гей!"
Вот первый круг прошел - я первый!
А Тесса где-то позади!
Струной натянуты все нервы!
И сердце замерло в груди!
На круг мы финишный выходим -
Победу предвкушаю я!
Но лошадь вдруг меня подводит!
И встала, словно статуя!
Под смех трибун и свист обидный
На финиш лошадь притащил!
А ей, заразе, и не стыдно!
А сколько денег я вложил!
Подков ей тысячи стираю
На тренировках каждый раз!
Ах! Как я выиграть мечтаю!!!
Но не судьба... Теперь абзац:
На завтрак резал я колбаску
И ингридиенты изучал.
Лошадка смотрит-то с опаской!
Я ухмылялся и... молчал!!!
На ферме большой, с единым укладом, Живет каждый житель, с другим, вместе рядом. Зависит один от другого, бесспорно, А тот, кто у власти, все тащит проворно.
На ферме сидит, во главе всех, индюк. Но правит не он, а петух – его друг. Несут ахинею – о равенстве, братстве, А сами грешны – в воровстве, святотатстве.
В элите пернатые – гуси и куры, Всю власть захватили – пуховые дурры. Красуются важно, других презирают, Но также, в итоге, все в суп попадают.
А жители псарни – следят за порядком, Владеют, хоть меньшим, но все же достатком. Там свиньи – министры и рыло в грязи, У них все отчеты всегда на мази.
Бараны и овцы нужны для острига, Крутой олигарх – это страус – барыга. Коровы для дойки живут, для дохода, И даже навоз их – статья для прихода.
А бык, как банкир, лишь сопит и жуется, Но если рассердится – больно дерется. Ему наплевать – что он прав, иль не прав, Любого затопчет, рогами прижав.
А сверху следит воробьиная стая – Кричит и чирикает, в прессу играя. Ворует везде информации – крошки, Но пользы при этом, как писк мелкой мошки.
Серьезный на ферме крысиный анклав, Все тащит, у всех, за границу продав. Капканы, законы для них не помеха. Коль трон занимает индюк – неумеха.
Копирует вечно, во всем, петуха. В итоге не власть, а одна чепуха. Мозги не в почете у стаи пернатой, Лояльность здесь ценится, с лестью приятной.
А тот, кто на поле, копыта стирает – Засеет, потом урожай собирает, Обязан, ярмо, бесконечно таскать, И век лошадиный в сердцах проклинать.
Плохое хозяйство всегда ждет проруха, Упадок доходов, в итоге – разруха. Набросятся волки и стая ворон – Такой, неизбежно, у жизни закон.
Всех жителей фермы убьют и сожрут, А может и в рабство, на век, продадут. Крысиный анклав тут же в раз разбежится, И больше тут жить уж ни кто не решится.
Так может, петух нам не нужен у власти? Коль все, что творит он – приносит напасти. Скорей бы утенок уж гадкий родился, И в белого лебедя он превратился.
На ферме большой, с единым укладом, Живет каждый житель, с другим, вместе рядом. Зависит один от другого, бесспорно, А тот, кто у власти, все тащит проворно.
На ферме сидит, во главе всех, индюк. Но правит не он, а петух – его друг. Несут ахинею – о равенстве, братстве, А сами грешны – в воровстве, святотатстве.
В элите пернатые – гуси и куры, Всю власть захватили – пуховые дурры. Красуются важно, других презирают, Но также, в итоге, все в суп попадают.
А жители псарни – следят за порядком, Владеют, хоть меньшим, но все же достатком. Там свиньи – министры и рыло в грязи, У них все отчеты всегда на мази.
Бараны и овцы нужны для острига, Крутой олигарх – это страус – барыга. Коровы для дойки живут, для дохода, И даже навоз их – статья для прихода.
А бык, как банкир, лишь сопит и жуется, Но если рассердится – больно дерется. Ему наплевать – что он прав, иль не прав, Любого затопчет, рогами прижав.
А сверху следит воробьиная стая – Кричит и чирикает, в прессу играя. Ворует везде информации – крошки, Но пользы при этом, как писк мелкой мошки.
Серьезный на ферме крысиный анклав, Все тащит, у всех, за границу продав. Капканы, законы для них не помеха. Коль трон занимает индюк – неумеха.
Копирует вечно, во всем, петуха. В итоге не власть, а одна чепуха. Мозги не в почете у стаи пернатой, Лояльность здесь ценится, с лестью приятной.
А тот, кто на поле, копыта стирает – Засеет, потом урожай собирает, Обязан, ярмо, бесконечно таскать, И век лошадиный в сердцах проклинать.
Плохое хозяйство всегда ждет проруха, Упадок доходов, в итоге – разруха. Набросятся волки и стая ворон – Такой, неизбежно, у жизни закон.
Всех жителей фермы убьют и сожрут, А может и в рабство, на век, продадут. Крысиный анклав тут же в раз разбежится, И больше тут жить уж ни кто не решится.
Так может, петух нам не нужен у власти? Коль все, что творит он – приносит напасти. Скорей бы утенок уж гадкий родился, И в белого лебедя он превратился.
Автора в студию )))) Беркутов Сергей 89048471074 г. Пермь 29. 01. 2012.
Вот новичок на фермочку зайдет,
играть начнет, вопрос пошлет :
а много ли на ферме сей забот ?
в ответ от удивления он откроет рот.
похоже это все на представление,
и режиссером будешь ты здесь без сомнения,
коровы, куры, поросята,
козлята,ослики, утята,
живут все дружно и играют роль,
открыть все тайны мне позволь :
яйцо простое утки, курочки снесут,
ты с лаской вдоволь покорми - и золотое глядишь начнут нести,
ослята, свиньи поголовье нам дают,
но нам ценнее же навоз - стишки им почитай, закрыв свой нос,
коровам, козам повысить чтоб надой,
ты прежде классику послушать дай - потом и сам же спой,
побольше урожай чтоб был с полей,
ты перегной желания не жалей - а после доброту ты леечкой полей,
и остальное чтоб взошло, росло, летало и цвело на пять,
почаще здесь бывай, внимания больше уделяй, и не заставит себя долго ждать,
А в заключении хочу сказать и новичку на ферме пожелать:
с большой охотой, настроением играть,
общительным , веселым и активным быть,
кормит собачку, про лошадку не забыть,
и лиги деревце конечно же всем полить )))
p.s. Сам я здесь хоть новичок,
родился сам без помощи стишок,
серьезно в шутку, иль наоборот,
кому в улыбку, а кому в урок ))) :d
Посадил дедуля репу,
Поливал ее изрядно,
По часам кормил навозом,
Разве что не целовал.
Репа мощной уродилась,
Все соседи удивлялись,
И из местной из газеты
Приезжал корреспондент.
Вот настала злая осень,
Дед отправился за репой –
Дёрнул, крякнул, что такое?
Не поддался корнеплод.
Дед позвал свою супругу –
Та не мелкого масштаба,
Уж вдвоём-то стопудово
Вредный овощ извлекут.
Вот супруга прибежала,
Вся в муке (пекла оладьи),
Деда сзади ухватила
За спортивные штаны.
Поднажали с ним на пару –
Репа даже не качнулась,
Но зато штаны у деда
Шибко сзаду порвались.
Раз пошло такое дело,
Надо звать поганку-внучку,
За пятьсот рублей, быть может,
Согласится подсобить.
Внучка вякала, конечно –
Маникюр и всё такое,
Но, поддёрнув мини-юбку,
Бабку с тылу обняла.
Тянут-тянут подлый овощ,
Не сдаётся, хоть ты тресни!
С деда пот катИтся градом,
С бабки съехали очки.
Внучка ногти обломала
(Комментарии опустим),
Тут на зов пришла собачка –
Старый, дряхлый пекинес.
Поворчала для порядку
(Мол, на кой вам ента репа?
Ни костей с неё, ни мяса,
Ужасть, как нехороша!),
Но собачке объяснили
Сущность дела популярно,
И она, надувши губы,
Внучку за ногу взяла.
Тянут, тянут, дело к ночи,
Но азарт всего превыше –
Дед скрипит, но не сдаётся –
Больно репа хороша!
Бабка охает, но тянет,
Внучка тихо матерится,
А собачка вероломно
Лишь для виду мельтешит.
Мимо кошка пробегала -
Видит, вся семья при деле,
Есть возможность неплохая
Пса схватить за мерзкий хвост,
Прицепилась коготками –
Вроде тоже помогает,
Только репе безразлично,
Нет, не хочет вылезать!
От отчаянья бабуля
Позвала на помощь мышку,
Мол, давай, а за услуги
Ставлю дедов помазок.
Мышь, конечно, соблазнилась –
Хвать за хвост пушистый кошку,
Вшестером как навалились -
Хоп! И репу извлекли!!!
То-то радо всё семейство,
С облегчением вздохнуло,
Дед схватил в охапку репу –
Знатный будет самогон!
Бабка юбку отряхнула
И пошла спасать оладьи
(Те давно уже сгорели,
Ну да ладно, не беда).
Внучке деньги обломились -
Купит с блёстками помаду,
Мышке маленькой достался
Старый дедов помазок.
Кот с собакой получили
Дополнительную жрачку,
Вроде все вокруг довольны…
Недовольны лишь кроты.
Ведь они ж держали репу –
Пять часов не отпускали!
Но, однако ж, проиграли –
Дед с командой победил!
Главный крот сказал надменно:
«Ну, поплатятся пейзане –
За ночь выроем всю свёклу
И морковку погрызём!»
…Вышел дед с утра пораньше,
Глянул: мама дорогая!
Грядки смяты, перерыты,
Урожая нет как нет!..
Вот мораль: не будешь жадным,
Раз не тянется – не надо.
Значит, так судьбе угодно.
Вот и весь на этом сказ.
Дядя Боря прочёл в огородном журнале
Про чудесные свойства культуры Физалис.
Он таких элементов даёт человеку,
Словно тот проглотил целиком всю аптеку.
Посадив семена мексиканского дива,
Соблюдая режимность прополки, полива,
Дядя Боря рассказывал нам несмышлёным,
Что Физалис – король из семейства паслёнов.
Рядом с ним виноград представляется лишним,
И не зря он зовётся еврейскою вишней.
Но юннат не учитывал малую малость,
Севастополь – не Мексика, как оказалось.
То ли фрукт, то ли овощ, по вкусу годился
В микродозах, как самая злая горчица.
– Да, – сказал дядя Боря, беседуя с нами, –
Эту гадость сегодня я вырву с корнями.
Но стволы иностранца внизу задубели.
И корчевка продлилась не меньше недели,
А весною зеленые всходы восстали,
Там и сям в огороде был только Физалис.
Не прося у владельца ни ценза, ни квоты,
Он проник за пределы отмерянных соток.
И соседи, что были и слева и справа,
Дяде Боре грозили суровой расправой.
Кто-нибудь послабей утопился бы с горя,
Но не наш оптимист садовод дядя Боря,
Что поставил пять литров в коньячной натуре,
И соседи простили:
– Живи уж, Мичурин…………….
Его звали Флеминг и был он бедным шотландским фермером. Однажды,
ковыряясь на своем убогом поле, чтобы его семья не померла с голоду, он
услышал крик, доносившийся с болота. Фермер быстренько бросил это
скучное дело и побежал посмотреть – кто ж так вопит. А вопил мальчонка,
тонувший в грязи. Ясное дело фермер спас беднягу.
А на следующий день роскошная карета подкатила к его лачуге и оттуда
вышел на грязный двор модно одетый для тех лет аристократ и представился
отцом спасенного мальчонки.
- Я хочу отплатить вам за спасение жизни моего сына! – пафосно заявляет
этот дворянин.
Конечно бедный, но гордый шотландец отвергает плату не менее пафосно. В
этот момент из хижины высовывается любопытный нос отпрыска шотландца.
- Это ваш сын? - вопрошает аристократ.
- Да, - отвечает гордый худой фермер.
Вот и найден выход! Потирая ручки хитрый англичанин предлагает дать
фермерскому сыночку образование не хуже чем своему. На этом и порешили.
Фермерский сынок учился в лучшей медицинской школе своего времени в
Лондоне и теперь нам известен как сэр Александр Флеминг, что изобрел
пенициллин. Вы думаете это все? Нет еще не конец.
Сынок аристократа так удачно вытащенный из болота, годы спустя свалился
с пневмонией. Угадайте что спасло ему жизнь… Ну да, пенициллин. Хотите
знать имя аристократа? Лорд Рэндольф Черчилль, соответственно его сынок
– сэр Уинстон Черчилль.
Когда-то очень давно Паша Краснопольский был моим соседом по даче.
Участки принадлежали нашим тещам, мы появились там почти одновременно и
сразу подружились. Нас многое связывало: оба приехали в Москву из
провинции, рано женились, быстро наплодили детей - через несколько лет
на даче пасся уже целый выводок, двое моих и трое Пашкиных. Оба не то
чтобы были подкаблучниками, но уважали жен и не отлынивали от семейных
обязанностей. В том числе копались на огородах.
Мне повезло: моя жена относилась к садоводству без фанатизма, тесть и
теща им совсем не интересовались. Так что я работал ровно столько,
сколько сам полагал нужным. Малину видно среди крапивы - и хорошо. Паше
приходилось туже, на их участке (а участки были старые и большие, по 8 с
лишним соток) был засеян буквально каждый клочок. Всю осень варились
варенья, закатывались соления и компоты, зимой все это съедалось,
несъеденное раздавалось друзьям, и весной цикл начинался сначала.
Половину участка занимала самая трудоемкая культура - клубника. С
рассвета и до заката Паша полол, рыхлил, поливал, подрезал, окучивал,
подкармливал, изредка прерываясь на то, чтобы наколоть дров или шугануть
детишек.
Вечером, покончив с делами, Пашка частенько заходил ко мне с бутылкой
наливки. Выпив, он всегда заводил один и тот же разговор:
- Ты не думай, я Любашу люблю и детей тоже, и теща хороший человек. Но
больше так не могу. От этих клубничных грядок тошнит уже. Свобода мне
нужна, ты понимаешь, свобода!
- Да забей ты на огород, как я. Поорут и перестанут.
- Да собственно дело не в огороде. Свобода - это... ну как тебе
объяснить? Вот представь - прерия... и ты скачешь на коне, в
ковбойской
шляпе, лассо в руках... и ни одной души до самого горизонта, только
твое
ранчо где-то вдалеке. Вот это - свобода! А это - тьфу! - и Пашка с
ненавистью оглядывался на свой образцово возделанный участок.
Шел 85-й год, в Москве начался Всемирный фестиваль молодежи и студентов.
На следующее лето Любаша приехала на дачу с детьми и бабушкой, но без
Пашки. На расспросы она не отвечала, точнее, отвечала, но в этих ответах
было очень много эпитетов и очень мало смысла. Как я понял, Пашка
закадрил на фестивале какую-то иностранку и с нею сбежал. Как выглядел
его побег с точки зрения виз, развода, алиментов и прочей бюрократии -
не спрашивайте, не знаю.
Прошли годы, очень много всего случилось и с миром, и со мной. Никогда
не думал, что попаду в Америку, но вот попал. И не так давно,
путешествуя по стране с молодой женой и младшим ребенком, где-то в
Северной Каролине, как говорят америнакцы - in the middle of nowhere,
свернул с шоссе, чтобы купить у фермеров свежих овощей и фруктов. Здесь
фермеры продают урожай вдоль дорог, прямо как где-нибудь под Рязанью,
только цивилизованней, в маленьких лавочках.
На парковке стоял замызганный фермерский грузовичок, к нему была
привязана оседланная лошадь. Тощая и веснушчатая, но довольно
симпатичная для американки фермерша торговала овощами, сыром, домашним
вареньем, очень вкусным самодельным хлебом. Но главной специализацией
фермы были ягоды. Мы купили всего понемножку, а клубники - много,
клубника была замечательная.
Пока я укладывал покупики в машину, из лавочки вышел самый настоящий
ковбой, словно только что сошедший с экрана вестерна. Сапоги, замшевая
куртка, шляпа, шейный платок - недоставало только кольта. Ковбой сел на
лошадь, повернулся - и тут я его узнал.
- Паша! - заорал я. - Черт тебя побери! Пашка! Краснопольский! Как ты
тут очутился?
Ковбой соскочил с коня и кинулся обниматься.
- Знаешь, - признался он, - меня уже двадцать лет никто не называл
Пашкой. Я теперь, понимаешь ли, Пол Редфилд.
В тот день мы не поехали дальше, заночевали у Паши на ранчо. Когда жены
и дети оправились спать, новоявленный Пол Редфилд повез меня - на
грузовичке, не на лошади - в местный бар, где мы до утра пили пиво в
компании его друзей, таких же сошедших с экрана ковбоев. После третьей
кружки меня уже не оставляла мысль, что в салун вот-вот ворвутся
индейцы, и начнется стрельба.
На обратном пути Пашка остановил машину на пригорке, достал две сигары.
Мы вышли и закурили. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались поля,
подсвеченные восходящим солнцем. Было красиво и очень тихо.
- Это моя земля, - сказал Пашка. - Вот от этого столба и во-о-он до того
- кругом моя земля.
Дальний столб я не разглядел, а ближний видел сразу в двух экземплярах,
но общий смысл уловил.
- Паш, - сказал я, - а ведь это та самая свобода, о которой ты всегда
говорил. Ты мечтал об этой свободе, мечтал, и вот теперь наконец
получил
ее. Да?
Пашка крепко задумался. И только когда закончилась сигара, спросил:
- Ты помнишь, сколько было клубничных грядок на моей даче?
- Сотки четыре?
- Три. А здесь - одиннадцать акров. Вот и вся, блин, свобода.
P.S.
11 акров - это, чтоб вы знали, порядка 450 соток. Для Северной Каролины
- вполне средняя ферма.
Старая история, своими словами: Попугаев Жако было запрещено ввозить в Советский Союз, однако из Анголы их везли практически все, минуя таможню хитрым образом. Для провоза живого груза необходимо, чтобы этот груз вел себя как мертвый, то есть не трепыхался и вообще прикидывался курой гриль, только маленькой. Потому попугаев просто напаивали аж целой столовой ложечкой медицинского спирта, после чего они минимум на сутки отрубались и представляли собой не более чем бессловесное анатомическое пособие по строению птичьей тушки в состоянии анабиоза. Обычно коматозное животное погружалось в контейнер навроде тубуса для чертежей, в котором просверливались аккуратные дырочки, и в таком состоянии везлось на новое место жительства. Кто знает, может, в этот раз спирт оказался разбавленный или попугай бывалым, но на таможенном досмотре, когда офицер открыл сумку, тубус для чертежей вдруг затрепыхался и из него вылез взъерошенный попугай. - Оп-па! – только и смог сказать таможенник, - Что же это вы, товарищ, незаконный груз перевозите?!
Хозяин груза уже собрался, было, оправдываться, но Жако встряхнулся, расправил перышки и заорал на весь аэропорт:
- Я русский! Я ру-у-у-сссский! Русский!!!
Ну и как было не впустить такого товарища на Родину??
Весь покрытый елями,абсолютно весь
Остров невезения на бигфарме есть,
Также он и с пальмами на бигфарме есть
С рунами,ракушками абсолютно весь.
Чтобы мы не делали не идут дела,
Не растут кокосы а растет трава,
Не растут бананы только лишь трава,
Бизнес неудачный ,не идут дела.
Весь покрытый зеленью абсолютно весь
Сколько денег вложено нам уже не счесть!
Комментарии
на тонких розовых ногах,
старинный Замок обещает,
конфет немерянно в мешках.
Привет,Хэллоуин,привет!
ему мы машем,привечая,
несется он,не замечая,
что искры сыплются из глаз!
Горит свеча в его очах
(подует ветер,все затушит),
покой на ферме лишь нарушит
вскрик "ой" и "ах" в моих садах...
А на полях покой и тишь,
все тыквы убраны, ты ж знаешь,
и только он народ смешит,
все думая,что он его пугает...
На лошадь я, кряхтя, взобрался.
Ну никакой с меня жокей!
И с места я в галоп сорвался!
Машу нагайкой: "Э-ге-гей!"
Вот первый круг прошел - я первый!
А Тесса где-то позади!
Струной натянуты все нервы!
И сердце замерло в груди!
На круг мы финишный выходим -
Победу предвкушаю я!
Но лошадь вдруг меня подводит!
И встала, словно статуя!
Под смех трибун и свист обидный
На финиш лошадь притащил!
А ей, заразе, и не стыдно!
А сколько денег я вложил!
Подков ей тысячи стираю
На тренировках каждый раз!
Ах! Как я выиграть мечтаю!!!
Но не судьба... Теперь абзац:
На завтрак резал я колбаску
И ингридиенты изучал.
Лошадка смотрит-то с опаской!
Я ухмылялся и... молчал!!!
Как узнать тебя мне без вина?
Навек запала в сердце мне,
Я был изрядно под шафе...
#BFHalloween
#BFHalloween
#BFHalloween
#BFHalloween
#BFHalloween
#BFHalloween
#BFHalloween
На ферме большой, с единым укладом,
Живет каждый житель, с другим, вместе рядом.
Зависит один от другого, бесспорно,
А тот, кто у власти, все тащит проворно.
На ферме сидит, во главе всех, индюк.
Но правит не он, а петух – его друг.
Несут ахинею – о равенстве, братстве,
А сами грешны – в воровстве, святотатстве.
В элите пернатые – гуси и куры,
Всю власть захватили – пуховые дурры.
Красуются важно, других презирают,
Но также, в итоге, все в суп попадают.
А жители псарни – следят за порядком,
Владеют, хоть меньшим, но все же достатком.
Там свиньи – министры и рыло в грязи,
У них все отчеты всегда на мази.
Бараны и овцы нужны для острига,
Крутой олигарх – это страус – барыга.
Коровы для дойки живут, для дохода,
И даже навоз их – статья для прихода.
А бык, как банкир, лишь сопит и жуется,
Но если рассердится – больно дерется.
Ему наплевать – что он прав, иль не прав,
Любого затопчет, рогами прижав.
А сверху следит воробьиная стая –
Кричит и чирикает, в прессу играя.
Ворует везде информации – крошки,
Но пользы при этом, как писк мелкой мошки.
Серьезный на ферме крысиный анклав,
Все тащит, у всех, за границу продав.
Капканы, законы для них не помеха.
Коль трон занимает индюк – неумеха.
Копирует вечно, во всем, петуха.
В итоге не власть, а одна чепуха.
Мозги не в почете у стаи пернатой,
Лояльность здесь ценится, с лестью приятной.
А тот, кто на поле, копыта стирает –
Засеет, потом урожай собирает,
Обязан, ярмо, бесконечно таскать,
И век лошадиный в сердцах проклинать.
Плохое хозяйство всегда ждет проруха,
Упадок доходов, в итоге – разруха.
Набросятся волки и стая ворон –
Такой, неизбежно, у жизни закон.
Всех жителей фермы убьют и сожрут,
А может и в рабство, на век, продадут.
Крысиный анклав тут же в раз разбежится,
И больше тут жить уж ни кто не решится.
Так может, петух нам не нужен у власти?
Коль все, что творит он – приносит напасти.
Скорей бы утенок уж гадкий родился,
И в белого лебедя он превратился.
Автора в студию )))) Беркутов Сергей 89048471074 г. Пермь 29. 01. 2012.
играть начнет, вопрос пошлет :
а много ли на ферме сей забот ?
в ответ от удивления он откроет рот.
похоже это все на представление,
и режиссером будешь ты здесь без сомнения,
коровы, куры, поросята,
козлята,ослики, утята,
живут все дружно и играют роль,
открыть все тайны мне позволь :
яйцо простое утки, курочки снесут,
ты с лаской вдоволь покорми - и золотое глядишь начнут нести,
ослята, свиньи поголовье нам дают,
но нам ценнее же навоз - стишки им почитай, закрыв свой нос,
коровам, козам повысить чтоб надой,
ты прежде классику послушать дай - потом и сам же спой,
побольше урожай чтоб был с полей,
ты перегной желания не жалей - а после доброту ты леечкой полей,
и остальное чтоб взошло, росло, летало и цвело на пять,
почаще здесь бывай, внимания больше уделяй, и не заставит себя долго ждать,
А в заключении хочу сказать и новичку на ферме пожелать:
с большой охотой, настроением играть,
общительным , веселым и активным быть,
кормит собачку, про лошадку не забыть,
и лиги деревце конечно же всем полить )))
p.s. Сам я здесь хоть новичок,
родился сам без помощи стишок,
серьезно в шутку, иль наоборот,
кому в улыбку, а кому в урок ))) :d
Спасибо Раяна, рад что понравилось, ну а теперь после "новичкового" следует этап зависимости от фермы :
Говоришь себе под нос
почему же ты курнос ?
ты на ферму заполоз ?
и в курятник сунул нос ?
уши для чего торчат ?
кто же в этом виноват ?
помощь кто-то оказал ?
иль с ослов пример ты взял ?
и не молкнет что-то рот,
с языка бежит уж пот,
ты в коровник загляни,
молочка в рот набери )
вдруг чего-то за-кря-хтел,
пообщаться с утками успел ?
на свинью ты стал похож,
собираешь все навоз ?
и "талантлив" уж во всем,
нравом "ветряным" ты одарен,
посещай почаще козий хлев !,
в год козы пусть ждет успех !!!
Поливал ее изрядно,
По часам кормил навозом,
Разве что не целовал.
Репа мощной уродилась,
Все соседи удивлялись,
И из местной из газеты
Приезжал корреспондент.
Вот настала злая осень,
Дед отправился за репой –
Дёрнул, крякнул, что такое?
Не поддался корнеплод.
Дед позвал свою супругу –
Та не мелкого масштаба,
Уж вдвоём-то стопудово
Вредный овощ извлекут.
Вот супруга прибежала,
Вся в муке (пекла оладьи),
Деда сзади ухватила
За спортивные штаны.
Поднажали с ним на пару –
Репа даже не качнулась,
Но зато штаны у деда
Шибко сзаду порвались.
Раз пошло такое дело,
Надо звать поганку-внучку,
За пятьсот рублей, быть может,
Согласится подсобить.
Внучка вякала, конечно –
Маникюр и всё такое,
Но, поддёрнув мини-юбку,
Бабку с тылу обняла.
Тянут-тянут подлый овощ,
Не сдаётся, хоть ты тресни!
С деда пот катИтся градом,
С бабки съехали очки.
Внучка ногти обломала
(Комментарии опустим),
Тут на зов пришла собачка –
Старый, дряхлый пекинес.
Поворчала для порядку
(Мол, на кой вам ента репа?
Ни костей с неё, ни мяса,
Ужасть, как нехороша!),
Но собачке объяснили
Сущность дела популярно,
И она, надувши губы,
Внучку за ногу взяла.
Тянут, тянут, дело к ночи,
Но азарт всего превыше –
Дед скрипит, но не сдаётся –
Больно репа хороша!
Бабка охает, но тянет,
Внучка тихо матерится,
А собачка вероломно
Лишь для виду мельтешит.
Мимо кошка пробегала -
Видит, вся семья при деле,
Есть возможность неплохая
Пса схватить за мерзкий хвост,
Прицепилась коготками –
Вроде тоже помогает,
Только репе безразлично,
Нет, не хочет вылезать!
От отчаянья бабуля
Позвала на помощь мышку,
Мол, давай, а за услуги
Ставлю дедов помазок.
Мышь, конечно, соблазнилась –
Хвать за хвост пушистый кошку,
Вшестером как навалились -
Хоп! И репу извлекли!!!
То-то радо всё семейство,
С облегчением вздохнуло,
Дед схватил в охапку репу –
Знатный будет самогон!
Бабка юбку отряхнула
И пошла спасать оладьи
(Те давно уже сгорели,
Ну да ладно, не беда).
Внучке деньги обломились -
Купит с блёстками помаду,
Мышке маленькой достался
Старый дедов помазок.
Кот с собакой получили
Дополнительную жрачку,
Вроде все вокруг довольны…
Недовольны лишь кроты.
Ведь они ж держали репу –
Пять часов не отпускали!
Но, однако ж, проиграли –
Дед с командой победил!
Главный крот сказал надменно:
«Ну, поплатятся пейзане –
За ночь выроем всю свёклу
И морковку погрызём!»
…Вышел дед с утра пораньше,
Глянул: мама дорогая!
Грядки смяты, перерыты,
Урожая нет как нет!..
Вот мораль: не будешь жадным,
Раз не тянется – не надо.
Значит, так судьбе угодно.
Вот и весь на этом сказ.
Автор:
Мелисса
Про чудесные свойства культуры Физалис.
Он таких элементов даёт человеку,
Словно тот проглотил целиком всю аптеку.
Посадив семена мексиканского дива,
Соблюдая режимность прополки, полива,
Дядя Боря рассказывал нам несмышлёным,
Что Физалис – король из семейства паслёнов.
Рядом с ним виноград представляется лишним,
И не зря он зовётся еврейскою вишней.
Но юннат не учитывал малую малость,
Севастополь – не Мексика, как оказалось.
То ли фрукт, то ли овощ, по вкусу годился
В микродозах, как самая злая горчица.
– Да, – сказал дядя Боря, беседуя с нами, –
Эту гадость сегодня я вырву с корнями.
Но стволы иностранца внизу задубели.
И корчевка продлилась не меньше недели,
А весною зеленые всходы восстали,
Там и сям в огороде был только Физалис.
Не прося у владельца ни ценза, ни квоты,
Он проник за пределы отмерянных соток.
И соседи, что были и слева и справа,
Дяде Боре грозили суровой расправой.
Кто-нибудь послабей утопился бы с горя,
Но не наш оптимист садовод дядя Боря,
Что поставил пять литров в коньячной натуре,
И соседи простили:
– Живи уж, Мичурин…………….
Автор:
Станислав Абрамов
Взять, и бережно держа,
Напихать в него иголок
Вы получите ежа.
Если этого ежа,
Нос заткнув, чтоб не дышал,
Где поглубже, бросить в речку
Вы получите ерша.
Если этого ерша,
Головой в тисках зажав,
Посильней тянуть за хвост
Вы получите ужа.
Если этого ужа,
Приготовив два ножа...
Впрочем, он наверно сдохнет,
Но идея хороша!
ковыряясь на своем убогом поле, чтобы его семья не померла с голоду, он
услышал крик, доносившийся с болота. Фермер быстренько бросил это
скучное дело и побежал посмотреть – кто ж так вопит. А вопил мальчонка,
тонувший в грязи. Ясное дело фермер спас беднягу.
А на следующий день роскошная карета подкатила к его лачуге и оттуда
вышел на грязный двор модно одетый для тех лет аристократ и представился
отцом спасенного мальчонки.
- Я хочу отплатить вам за спасение жизни моего сына! – пафосно заявляет
этот дворянин.
Конечно бедный, но гордый шотландец отвергает плату не менее пафосно. В
этот момент из хижины высовывается любопытный нос отпрыска шотландца.
- Это ваш сын? - вопрошает аристократ.
- Да, - отвечает гордый худой фермер.
Вот и найден выход! Потирая ручки хитрый англичанин предлагает дать
фермерскому сыночку образование не хуже чем своему. На этом и порешили.
Фермерский сынок учился в лучшей медицинской школе своего времени в
Лондоне и теперь нам известен как сэр Александр Флеминг, что изобрел
пенициллин. Вы думаете это все? Нет еще не конец.
Сынок аристократа так удачно вытащенный из болота, годы спустя свалился
с пневмонией. Угадайте что спасло ему жизнь… Ну да, пенициллин. Хотите
знать имя аристократа? Лорд Рэндольф Черчилль, соответственно его сынок
– сэр Уинстон Черчилль.
лооооол :З
Участки принадлежали нашим тещам, мы появились там почти одновременно и
сразу подружились. Нас многое связывало: оба приехали в Москву из
провинции, рано женились, быстро наплодили детей - через несколько лет
на даче пасся уже целый выводок, двое моих и трое Пашкиных. Оба не то
чтобы были подкаблучниками, но уважали жен и не отлынивали от семейных
обязанностей. В том числе копались на огородах.
Мне повезло: моя жена относилась к садоводству без фанатизма, тесть и
теща им совсем не интересовались. Так что я работал ровно столько,
сколько сам полагал нужным. Малину видно среди крапивы - и хорошо. Паше
приходилось туже, на их участке (а участки были старые и большие, по 8 с
лишним соток) был засеян буквально каждый клочок. Всю осень варились
варенья, закатывались соления и компоты, зимой все это съедалось,
несъеденное раздавалось друзьям, и весной цикл начинался сначала.
Половину участка занимала самая трудоемкая культура - клубника. С
рассвета и до заката Паша полол, рыхлил, поливал, подрезал, окучивал,
подкармливал, изредка прерываясь на то, чтобы наколоть дров или шугануть
детишек.
Вечером, покончив с делами, Пашка частенько заходил ко мне с бутылкой
наливки. Выпив, он всегда заводил один и тот же разговор:
- Ты не думай, я Любашу люблю и детей тоже, и теща хороший человек. Но
больше так не могу. От этих клубничных грядок тошнит уже. Свобода мне
нужна, ты понимаешь, свобода!
- Да забей ты на огород, как я. Поорут и перестанут.
- Да собственно дело не в огороде. Свобода - это... ну как тебе
объяснить? Вот представь - прерия... и ты скачешь на коне, в
ковбойской
шляпе, лассо в руках... и ни одной души до самого горизонта, только
твое
ранчо где-то вдалеке. Вот это - свобода! А это - тьфу! - и Пашка с
ненавистью оглядывался на свой образцово возделанный участок.
Шел 85-й год, в Москве начался Всемирный фестиваль молодежи и студентов.
На следующее лето Любаша приехала на дачу с детьми и бабушкой, но без
Пашки. На расспросы она не отвечала, точнее, отвечала, но в этих ответах
было очень много эпитетов и очень мало смысла. Как я понял, Пашка
закадрил на фестивале какую-то иностранку и с нею сбежал. Как выглядел
его побег с точки зрения виз, развода, алиментов и прочей бюрократии -
не спрашивайте, не знаю.
Прошли годы, очень много всего случилось и с миром, и со мной. Никогда
не думал, что попаду в Америку, но вот попал. И не так давно,
путешествуя по стране с молодой женой и младшим ребенком, где-то в
Северной Каролине, как говорят америнакцы - in the middle of nowhere,
свернул с шоссе, чтобы купить у фермеров свежих овощей и фруктов. Здесь
фермеры продают урожай вдоль дорог, прямо как где-нибудь под Рязанью,
только цивилизованней, в маленьких лавочках.
На парковке стоял замызганный фермерский грузовичок, к нему была
привязана оседланная лошадь. Тощая и веснушчатая, но довольно
симпатичная для американки фермерша торговала овощами, сыром, домашним
вареньем, очень вкусным самодельным хлебом. Но главной специализацией
фермы были ягоды. Мы купили всего понемножку, а клубники - много,
клубника была замечательная.
Пока я укладывал покупики в машину, из лавочки вышел самый настоящий
ковбой, словно только что сошедший с экрана вестерна. Сапоги, замшевая
куртка, шляпа, шейный платок - недоставало только кольта. Ковбой сел на
лошадь, повернулся - и тут я его узнал.
- Паша! - заорал я. - Черт тебя побери! Пашка! Краснопольский! Как ты
тут очутился?
Ковбой соскочил с коня и кинулся обниматься.
- Знаешь, - признался он, - меня уже двадцать лет никто не называл
Пашкой. Я теперь, понимаешь ли, Пол Редфилд.
В тот день мы не поехали дальше, заночевали у Паши на ранчо. Когда жены
и дети оправились спать, новоявленный Пол Редфилд повез меня - на
грузовичке, не на лошади - в местный бар, где мы до утра пили пиво в
компании его друзей, таких же сошедших с экрана ковбоев. После третьей
кружки меня уже не оставляла мысль, что в салун вот-вот ворвутся
индейцы, и начнется стрельба.
На обратном пути Пашка остановил машину на пригорке, достал две сигары.
Мы вышли и закурили. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались поля,
подсвеченные восходящим солнцем. Было красиво и очень тихо.
- Это моя земля, - сказал Пашка. - Вот от этого столба и во-о-он до того
- кругом моя земля.
Дальний столб я не разглядел, а ближний видел сразу в двух экземплярах,
но общий смысл уловил.
- Паш, - сказал я, - а ведь это та самая свобода, о которой ты всегда
говорил. Ты мечтал об этой свободе, мечтал, и вот теперь наконец
получил
ее. Да?
Пашка крепко задумался. И только когда закончилась сигара, спросил:
- Ты помнишь, сколько было клубничных грядок на моей даче?
- Сотки четыре?
- Три. А здесь - одиннадцать акров. Вот и вся, блин, свобода.
P.S.
11 акров - это, чтоб вы знали, порядка 450 соток. Для Северной Каролины
- вполне средняя ферма.
Strawberry fields.
Хозяин груза уже собрался, было, оправдываться, но Жако встряхнулся, расправил перышки и заорал на весь аэропорт:
- Я русский! Я ру-у-у-сссский! Русский!!!
Ну и как было не впустить такого товарища на Родину??
Остров невезения на бигфарме есть,
Также он и с пальмами на бигфарме есть
С рунами,ракушками абсолютно весь.
Чтобы мы не делали не идут дела,
Не растут кокосы а растет трава,
Не растут бананы только лишь трава,
Бизнес неудачный ,не идут дела.
Весь покрытый зеленью абсолютно весь
Сколько денег вложено нам уже не счесть!